Хотя и прошло достаточно времени со дня теракта в Бостоне, это событие оставалось главным международным информационным событием прошедшей недели для Казахстана.
Интернет ответил на теракт выбросом веера причудливых конспирологических теорий, многие из которых не оставили камня на камне от официального и интенсивного освещения этого трагического события, проводя аналогии со взрывами 11 сентября 2001 года.
Наверное, главное не то, был ли это так называемый "стихийный" терроризм (а эксперты склоняются к этой мысли), или чей-то заговор - важно то, как развернулась медиа-кампания. А это точно процесс управляемый. "Это правда, потому что показали по телевизору". Равно как и 12 лет назад не покидает чувство, что последствия будут долгоиграющими и международными, что это только начало. И точно - доблестные канадские силовики радостно объявляют о спасении своих граждан от козней "иранской Аль-Каиды". Последний нонсенс вызывает взрыв гомерического хохота среди людей, хоть немного интересующихся историей. Ладно, что существование самой "аль-Каиды" выглядит как конспирология чистой воды, так она теперь из суннитской организации становится и шиитской - "терроризм объединяет народы", что ли?
С самого начала "кырзахстанские" попытки мировых СМИ привязать нашу страну образами к событию вызывали недоверие. Неуклюжесть комментаторов, которые путали "станы" и не могли прочитать на своем родном языке слово "Кыргызстан", напоминала выезд по боевой тревоге моей роты в период развала Советской Армии. А то был британец-комментатор на "Евроньюс"! Наши же ребята с номером "Террориста нумеро уно", подаренным испаноязычными друзьями, только добавили феерии - видимо, обилие наших соотечественников в "бостондыкском" районе притупило ощущение, что они живут в стране, ведущей несколько войн под флагом борьбы с террором и в которой самый высокий в мире уровень заключенных на сто тысяч населения.
Хочется надеяться, что все обойдется для наших пацанов, и они скоро вернутся в объятия своих родителей, и бостонский теракт уйдет в историю и не станет началом другого, военно-политического, марафона, в который могут быть вовлечены наша страна и наши союзники.
